Александр Борисов — библиофил со стажем. Как большинство коллекционеров, он скромен и не любит афишировать своё имя. Скромность коллекционера порождена скорее практичной целенаправленностью и сосредоточенностью, чем стремлением оградить себя от возможного грабежа.
«В Эстонии книги не воруют. Теперь не советские времена, тяга к ним заметно упала. Книги легко купить за бесценок по "Приват-Инфо", хотя и этого тоже никто не делает, — говорит Александр Борисов. — Конечно, охранной сигнализацией я всё же пользуюсь, несмотря на то, что в своё время вызвал искреннее удивление специалиста по её установке. Я мог бы рассказать ему, что в моей библиотеке есть книги, которыми я дорожу, но он бы меня не понял. Другое дело охранять груду оргтехники или шкатулку с золотым ширпотребом, за которые могут дать какие-то деньги хотя бы в ломбарде! За книги не дадут ничего, потому что не знают, что потом с ними делать. В Эстонии нет рынка антикварной книги.»
Рынок антикварной книги, как и любой другой, может существовать на основе трёх составляющих, когда решено, где покупать, где продавать и как получать прибыль. В Эстонии купить антикварную книгу ещё можно, но продать, да к тому же с прибылью, перспектив нет. Кстати, в советские времена такого рода рынок существовал: книга была тематически осмысленным дефицитным товаром и потому абсолютно ликвидным. По сути, происходило своеобразное постижение основ рынка ценных бумаг на унылом поле социалистических преобразований.
Зато теперь, пока книга в Эстонии никому не нужна, существуют прекрасные возможности приобретать редкие издания. В коллекции Александра Борисова, например, есть «Божественная комедия» Данте, изданная в XIX в. Маврикием Вольфом. Роскошный переплёт из красной кожи с золотым тиснением, 76 оригинальных ксилографий Гюстава Дорэ, нарезанных Панемаккером, Пюссаном и другими выдающимися французскими гравёрами. Они не нуждаются в том, чтобы их атрибутировали эксперты — подлинность их несомненна.
Сопутствующее собрание отличной графики — это счастливая особенность коллекционирования антикварных книг. Если в момент издания книги гравюры выполняли только роль иллюстраций, то с течением времени всё менялось. Четырёхтомник Державина, изданный в 1831 г., стоил бы гораздо меньше, если бы не был украшен оригинальными оттисками изящнейших резцовых гравюр Галактионова, Уткина и Ческого. Безусловный раритет в коллекции и сборник автолитографий В. Ф. Тимма из серии «Русский Художественный Листок» середины XIX в., каждый лист которого — это отдельное художественное произведение. Или иллюстрированный тем же Тиммом миниатюрный конволют (шесть изданий в одном переплёте) «Картинки русских нравов», изданный в 1841 г.
К числу книг, достойных упоминания, можно отнести во всех смыслах достаточно дорогую, компактную библиотеку, составленную из местных русских изданий 1920–40-х гг. Все эти книги были в разное время куплены в Таллине у частных владельцев или в антикварных магазинах и оплачены сравнительно скромными суммами.
Вообще, как считает Александр Борисов, наше время чем-то напоминает революционные времена начала XX в., когда составлялись исключительные по тематической полноте и эстетической роскоши собрания — частные библиотеки из книг недавнего прошлого. Такой же возможностью нужно пользоваться и сейчас. В антикварных магазинах Таллина, например, много качественных книг тридцати-, сорокалетней давности, которые продаются по бросовым ценам. «Может быть, в этом и состоит благотворность трагических парадоксов нашей жизни», — замечает Александр Борисов, в библиотеке которого насчитывается сегодня около трёх тысяч книг.
Разглядывая броские журналы с фантазиями современных дизайнеров, можно обратить внимание на своего рода курьёз: армия экспериментаторов не знает, чем заполнить книжные полки, которые по-прежнему остаются неотъемлемой частью жилых помещений. На них ставят африканские маски, эфиопскую керамику, кладут глиняные свистульки. А решение простое, как всё гениальное. На книжных полках должны стоять книги.
