Афоризмы для пытливого человека, как анаболики для культуриста. Масса и рельеф есть, а толку нет. Очень редко бывает так, что лаконичный афоризм выражает столь же лаконичный смысл. Вот говорят, что новое – это хорошо забытое старое. Звучит хлёстко и бойко. Однако смысл не так эффектен. Он размыт, трудно уловим и что-то похожее на него можно отыскать только порядком проплутав в дебрях словоблудия. Если, допустим, оно новое, то почему оно старое? Потому что забытое? То есть, если не удастся забыть старое, то на новое можно не рассчитывать? И если всё же стремиться к новому и неизведанному нужно напрячься и забыть старое? Из поставленных вопросов органично выплывает ответ; чем сильнее общественный маразм со склерозом, тем прогрессивней общество. Вывод неприятный. Пропадает желание блистать хлёстким и кратким.
Одним словом, категоричность афоризма утрачивает своё бодрое очарование даже при расслабленной попытке сформулировать его содержание. Я уже не говорю о том, что, якобы, в спорах рождается истина. Об этих затянувшихся попытках случки несовместимого; того, что в приличном обществе называют разными точками зрения. Рождается нечто недоношенное или мёртворождённое. Действительно, что путного может родиться от интимной связи без любви ...
С другой стороны, не стоит лукавить. Отчасти понятно, что имеют в виду, когда говорят о новом, как о хорошо забытом старом. Приметами современности перенасыщены, к примеру, старые газеты буржуазных, эстонских времён. На русском языке их было немало. “Русский Вестник”, “Таллинский Русский Голос” или “Вести дня”, к примеру. Если, скажем, скомплектовать что-то типа антологии главных примет текущей, преимущественно политической, бытовухи прошлого, то получится любопытный документ, отражающий наши, непоколебимо однообразные и во многом бессмысленные, интересы. Он смог бы прояснить причину категоричности цитированного афоризма. Возникает ощущение, что подавляющая часть новостей новостями не является. То, что ими называют, как правило бессюжетно, не имеет эпилога и лишено перспективы когда-либо закончиться. Как “Санта-Барбара”. И этот унылый процесс, парадоксальным образом, всех интересует. То есть, интересует не интересное, которое, как правило, гнездится в районе политики и в сопутствующих областях. Для того, чтобы человек вдруг не обрёл просвещённый интерес в стороне от неё, на него направлено дуло ещё одного бестолкового афоризма: “Если ты не займёшься политикой, то, рано или поздно, она сама займётся тобой”. Бестолковый он потому, что толковым нужно признать его обратный смысл: “Чем больше ты занимаешься политикой, тем больше она занимается тобой”. Верно и третье утверждение. Занимайся не занимайся, она всё равно тобой займётся.
Описанную перекличку времён можно проиллюстрировать содержанием одного из номеров “Таллинского Русского Голоса” от 18 ноября 1933 года. Там можно, к примеру, прочесть предвыборную передовицу Русского Национального Союза о том, что: “Мы находимся накануне чрезвычайно важных событий. ...предстоят выборы в волостные и городские самоуправления. Русскому меньшинству необходимо принять деятельное участие в них. Успех ... зависит от того, насколько мы все будем единодушны в наших стремлениях и наших действиях ... “. Восхищает непоколебимость в веках целей и методов их достижения. Коротко, для всех времён и народов, можно сформулировать так; для того, чтобы достигнуть, нужно объединиться и принять участие. В том же номере, под рубрикой “Заграничные дела”, такие темы: “... Умирание комиссии по разоружению. – На Дальнем Востоке. – Советско – Американские переговоры. – Французские капиталисты о положении СССР. ...”
На днях президент России Путин съездил в Японию по теме, начало которой положено в том же 1933 году. “СССР готов принять вызов Японии”, вещает газета. То есть, во всём процитированном, отжившем и ушедшем, и впрямь бьётся пульс современности. Не придают новизны этим темам их неповоротливое смещение во времени, географии и названиях.
Неинтересным, естественно, интересоваться надо. Хотя бы ради того, чтобы не быть застигнутым врасплох. Для того, чтобы знать, что иметь под рукой; цветы для встречи или узелок под кроватью для расставания. Но интересоваться этим в ущерб интересному не стоит.
Я храню упомянутую газету не потому, что в ней можно прочесть новости, с актуальностью, не меняющейся во времени. Меня привлекает небольшая статья на третьей странице “Торжество Бунина”. В 1933 году Иван Алексеевич Бунин получил Нобелевскую премию. Формальным поводом для её присуждения послужила книга “Жизнь Арсеньева. (Истоки дней)”, изданная в Париже издательством “Современные записки” в 1930 году. Издание скромное, в мягкой обложке, украшенной только красной рамкой, обрамляющей текст на ней. Сочетание этой прелестной книжки со статьёй в газете являет библиофильский раритет. Это если узко профессионально. А если говорить в более широком смысле, то этот раритет подчёркивает тенденцию; значительные явления принято украшать скромностью и неприметностью. А ещё подвергать сомнению авторитет безосновательных утверждений. Дело в том, что история ведёт отсчёт по событиям, которые повторяться не могут. И именно это интересно. И на это нужно обращать внимание. На это обратил внимание Ю.Д.Шумаков. В 1992 году Эстонский культурный центр “Русская энциклопедия” издал в Таллине его замечательную книжку “Последнее свидание”. Это сборник статей из старых прибалтийских газет, объединённых одной темой – посещением И.А.Буниным Прибалтики в 1938 году. Жаль, что книг, подобных этой, больше нет. Читая старые газеты, игнорируя навязчивость политических новостей, хотелось бы сосредоточиться на чём-то особенном. На том, что действительно было главным в русской жизни довоенной Эстонии. На том, чем стоило бы мерить жизнь, что действительно никогда не повторится и не всплывёт хотя бы своим подобием в будущем. Вот например короткие сообщения о лекциях Ильина, Франка, Кизеветтера и Милюкова в Ревеле. Или скромная статья в “Русском Вестнике” о том, что исполнилось 95 лет княгине Елизавете Дмитриевне Шаховской. Это в 1939 году престарелая княгиня проживает в маленьком домике рядом с Пюхтицким монастырём, а были времена, когда она блистала молодостью в столичном Петербурге и водила дружбу с П.Вяземским, А.Толстым, А.Хомяковым, И.Аксаковым и многими другими разнообразными деятелями русской культуры. В том же году Игорь Северянин переезжает в Нарва-Иоезу (так в оригинале). Обилие затягивающего в чтение материала можно подчеркнуть общепринятым способом; и так далее.
Читать полезно. Шарль Нодье изрёк, в своё время, мысль, правоту которой не хочется оспаривать: “Здравый смысл подсказывает, что нынче, когда эпоха расцвета человеческого гения клонится к закату (и это в начале-то XIX века! – А.Б.), людям следует как можно больше читать и как можно меньше писать, но тщеславие сильнее здравого смысла, поэтому люди читают мало, а пишут очень много”. Устыдившись, заканчиваем и углубляемся в чтение.