Если погрузить боковые окрестности в туман бокового зрения и сосредоточиться на главном, то можно отрешиться. Не глобально и навсегда а ненадолго, с рассеянным, познавательным любопытством на замечательных образцах природой созданного совершенства.
Достойно восхищения, с какой элегантной тщательностью мать-природа (Вот говорят – мать-природа – мать природа ... А где был отец?) подошла, к примеру, к вопросу искусной выделки листочков притащившихся к нам аккурат из мезозоя и буйно разросшихся на нашей даче представителей семейства споровых. Как споро (не удержался) у нее это получилось.
В разных культурах много таких искусственно окультивированных форм восприятия окрестного мира: перемещение нашего любопытства, а временами и восторга, от общего к деталям, из которых это общее выстроено. А потом обратно. А потом опять. Путь необременительный и приятный. И в чем-то японский с их банзаями, харакирями и садами камней (впрочем харакири здесь ни при чём). И конечно же хокку с танками (хочется обратиться ко всем министерствам обороны мира; вот какими должны быть танки).
Есть тяга к пристальным познаниям эстетически совершенных деталей не только у японцев, но и у др. разной величины народов. Помню в одном из интервью (могу ошибиться, но возможно Леннарта Мери, ставшего аэродромом – хорошая посмертная судьба)понравилась замечательная мысль. Ее концентрированный смысл был примерно таким: найдите, где-нибудь рядом, любой крутизны подъем и встаньте на него; вы ощутите импульс к восхождению на любую вершину.
Барбарис
Год выдался на редкость урожайным на барбарис. Впрочем как и во все предыдущие годы.
Обычное дело; все бесполезное имеет обильные всходы. (В данном случае игнорируем лечебные свойства и пр. настоенное, просушенное, в мешочки разложенное). Впрочем скромной прелести, умеренной услады для глаз, у куста не отнять. Не умопомрачительно, без субтропических чрезмерностей, но красив.
И еще одно достоинство ностальгического характера; формирование моей клички в глубочайшем, первоклассном (не в смысле сверх хорошем, а в смысле – в первых классах общеобразовательной советской школы) детстве было поэтапным; сначала малоинтересное, сокращенное производное от фамилии – “Борис”, потом подрифмовали карамельное “Барбарис” (были такие леденцы в полупрозрачных, цветных фантиках).
И вот смотрю я на привычный, любимый, дачный куст и думаю: “Вот и встретились. Здравствуй, Борис – Барбарис”.
