Великому русскому поэту мы благодарны за то, что он, во-первых великий, во-вторых русский и в-третьих поэт. Как водится в таких прямо скажем выдающихся случаях он явился волею божественного провидения, осветил мир, провидчески предрек, воссиял и остался в вечности. А кроме этих эфемерных, возвышенных польз, есть от великих людей много прочих, несколько практического свойства. Не будь скажем Василия Андреевича, чем бы занималась армия жуковсковедов. А кого бы воплотил Орест Кипренский в живописном образе мятежного романтика. И кого бы потом переложил Ф. Вендрамини в офорт для узкого круга ограниченного массового потребления и получил бы звание Академика Российской академии художеств. И по чьей бы гравюре сделал бы свою уменьшенную копию Пожалостин. Каковую мы и имеем в данном случае удовольствие лицезреть.