Петербург. 28 – 29.06.2017.
Как говорят у нас в народе, хемингуелюбам – хемингуелюбово. Это у них Париж, а у нас Петербург – праздник, который всегда с тобой. И наше многогранное чувство неиссякаемо. А так как все неиссякаемое в конце концов иссякает, то его следует периодически подзаряжать. Съездил и подзарядил. У СПБ не убыло, а у меня прибыло. Тоже феноменальная особенность прекрасного города; все пользуются, а ему хоть бы что.
Петербург. Намедни
То, что хорошо там, где нас нет, еще не говорит о том, что там где мы есть – плохо. Там где мы есть – тоже хорошо.
А там, где нас нет будет еще лучше, когда мы туда приедем. Потому что расскажем про то, что именно хорошего там, где мы до сих пор не были. Или недавно были, но недолго и проездом. Или были долго, не проездом, но давно ... И т.д.
Не столько
“Невы державное теченье”,
Сколько
“Береговой ее гранит”.
(См. “Медный всадник”. Пушкин).
Про Гауптвахту на Сенной.
Сергей Волконский, неплохой публицист, фанат танцевальной школы Далькроза, некот. время директор Императорских театров (все мы, в чем бы то ни было, не исключая и самой жизни – некоторое время), кому интересно – князь, рожденный в Фалле .... Вот такой достаточно публичный Серебряного века и просвещенный князь писал в своих Разговорах (Издание Аполлона. С.-Петербург. 1912): Раз ночью случайно проезжал, увидал эту прелесть, извозчика остановил, обошел кругом ... Понимаете, - маленький домик, прелестнейший ампир, капризный ампир ....
- А если бы эту самую гауптвахту превратили в туалетный киоск ...
- Простили бы.
- Знаете, это идея; самое ненужное превратить в самое нужное.
- Ради содержания примириться с формой? Не в первый раз ...
Князь писал про другую гауптвахту. Та, что на Сенной, – в стиле классицизма. Еще в советские времена в бывшей гауптвахте, в которой, кстати, сиживал Ф. М. Достоевский, был городской автовокзал.
Скромный вклад Ревеля в красоты блистательного Петербурга.
