Если бы, скажем, режиссер Матильдов снял фильм “Учитель”, про какого-нибудь гуру теософско-приходской школы имени Елены Блаватской при президенте РСФСР, то, кроме медитирующих в укромных местах агни-йогов и их духовных протеже, никто бы и не возражал. Снял бы, как говорится, ну и снял. Где мы, еще раз, как говорится, и где агни-йога.

Но это – если бы. А правда такова, что режиссер Учитель снял фильм “Матильда”. Чем возбудил ропот и поднял у всех неравнодушных сами знаете, к чему, сами знаете, что ...

Патриотично и монархично настроенные граждане уже высказались, с разной степенью полемического задора и идеологической непримиримости.

Из-за непрекращающегося и крепнущего гула всевозможных форм их возмущения и недовольства плохо различим голос балетоманов.

А им тоже обидно, но уже за Матильду, легконогую и рукокрылую спутницу других спутников, в разной степени августейших ...

Есть еще один ничем не оправданный домысел, касающийся хорошо проартикулированного общественностью всенародного недовольства. Возможно народ подумал, что Учитель – это не фамилия, а должность. Что его и возмутило. Кто не знает крылатое, витающее своим сакральным и глубоко выстраданным смыслом над многовековыми и многоверстовыми просторами моей родины: “Не учите меня жить, лучше помогите материально” (слова народные, музыка – любая, вплоть до невнятного речитатива).

Что тут можно сказать? Можно сказать только одно; негоже кичиться своей высокомерной фамилией даже рядом с непревзойденной Матильдой. Не говоря о породистых и голубокровных персонажах Императорского Дома ....

Одним словом, кто его знает ...

Поди их разбери ....

Обложки ныне редких журналов 1917 года, времен политической неопределенности Временного правительства, хорошо иллюстрируют то, как раскачивали, а потом и обвалили трон сто лет тому назад.

Да и с Лениным особо не церемонились.

«Фонарь». Журнал политической и общественной сатиры.

N 2. 22 Декабря, 1905 г.

Встречается не часто. Настолько не часто, что просто-напросто редко. Можно сказать печатный рупор революционной иронии и антиправительственной сатиры.

Вышло пять номеров (NN1-3 в 1905 г., NN 1-2 в 1906 г.), после чего, решением Цензурного комитета, был прикрыт.

Редкость нашего экземпляра усугублена примечательным штемпелем: “Секретного Отделения / Канцелярии Московского / Генерал-Губернатора”.

Из чего видно, что генерал-губернатор Федор Васильевич Дубасов, вместе со своим Секретным отделением, как мог, но все же приглядывал за отвязным вольнодумством и распоясанным свободомыслием на вверенном ему участке.