В любых формах современных склок, полемических визгов, и прочих непотребств, безнадежно устремленных к взаимопониманию, коими обильно забиты пространства масс-, с позволения сказать, –медиа, не хватает главного. А именно, того непререкаемого мнения, более того, можно сказать, безупречно сформулированного вердикта, который давно уже зафиксирован, тиражирован, упакован в книжные переплеты и обмер в тишине и мраке библиотек или архивов.
Вот, скажем, какой кусок русской истории краше? Или гаже?..
В каком ее временном куске больше социальной справедливости и прогрессивной устремленности? Где почище и поприбраннее, попросвещеннее и не особо потно и кроваво?
Что из прошлого проклянем и забудем, а что почистим, освежим неотвратимым дыханием грядущего прогресса, заправим бодро наформулированным добротным враньем и возьмем с собой в будущее?...
Вот что писал наш замечательный историк Сергей Соловьев:
“Русскому историку не нужно говорить читателям о значении, пользе истории отечественной; его обязанность предуведомить их только об основной мысли труда.
Не делить, не дробить Русскую Историю на отдельные части, периоды, но соединять их, следить преимущественно за связью явлений, за непосредственным преемством форм, не разделять начал, но рассматривать их во взаимодействии, стараться объяснять каждое явление из внутренних причин, прежде чем выделить его из общей связи событий и подчинить внешнему влиянию, - вот обязанность историка в настоящее время, как понимает ее автор предлагаемого труда” .
А цитируем по предисловию к первому тому “Истории России с древнейших времен” (Москва. 1866), который разумеется интересен замечательным содержанием.
Равно как и последующие двадцать три томика, которыми приятно владеть и периодически бессистемно почитывать ... Чтобы не забывать, следить за преемством форм, не разделять начал, стараться объяснять явления из внутренних причин и т.д. (см. первоисточник).
А когда поднадоест следить и пр. ... просто оглаживать старенькую, теплую кожу потертых корешков с целью обретения несомненной, терапевтически полезной благодати.
Кроме того наш томик не лишен собственной исторической значимости. В пределах скромной темы нашего краеведения, с эстляндской спецификой.
Он возглавлял прижизненное собрание сочинений упомянутого историка Соловьева в фундаментальной библиотеке Ревельской Александровской Гимназии с самого возникновения, до самого ее завершения. Об этом свидетельствует не только количество, но и стилистическое разнообразие дореволюционных штемпелей, которые его украшают. Все штампы внятные, хорошо читаемые, крепко впившиеся в бумагу. Умели до революции штемпели ставить (кто еще об этом скажет?).
Так что не стоит злоупотреблять чтением косноязычных, суетливых, скандальных и малограмотных современных полемистов, единомышленниками которых, зачастую, быть стыдно и непотребно, и больше читать книжки. Умиротворенней, тише, свободней, насыщенней и полезней …
