В главном выставочном зале Эстонской национальной библиотеки открыта выставка, которая называется «Под запретом! Книга стран Балтии с 1918 — 1940».
Про выставку можно было бы сказать, что она ставит точки не только над i, но и над прочими буквами, в обыденной жизни в точках не нуждающихся. Такая вот условная, ломающая стереотипы, особенность всего того, что периодически фокусирует наше рассеянное внимание на непривлекательных особенностях всеобщего, беспросветного, советского прошлого...
... Так я сказал бы, со всей не присущей мне решительностью, если бы выставка была открыта, скажем, в доме колхозника какой-нибудь захолустной волости на задах Европы. Можно было бы порадоваться за бывших колхозников, совхозников, хуторян и их раскрепощенных, расхристанных потомков.
... Но т.к. выставка открыта в цитадели просвещения, освещения и одухотворения – в национальной библиотеке (которая, кстати, возведенная в годы тоталитаризма, была хоть идеологически чуждой, но тоже цитаделью), то должен с печалью констатировать, что выставка не задалась. На мой сугубо субъективный взгляд.
Возможно потому, что она страдает какой-то невнятной, непроясненной формой рассеянного радикализма, сомнительной прямолинейностью и скудноватой укомплектованностью.
М.б. ей не хватает оговорок, которые оживили бы ее суховатую суть. Разнообразили бы воспоминания. М.б., было бы уместно отметить исключительную по объемам и качеству издательскую политику времен СССР. Вот мол, запрещали, конечно, но как компенсировали!!! Компенсировали так, как ни одному угнетаемому народу и не снилось.
И вообще ... Чем удобно недавнее прошлое? Именно тем, что оно недавнее и многие, типа меня, живые его свидетели....
... Поэтому, справедливости ради, хотелось бы заострить внимание на том, что многое запрещалось малоубедительно и с большой долей формализма, присущего любой подуставшей форме тоталитаризма.
К примеру, именно в советские времена, без перебежек, закладок, вороватого озирания, потных ладоней, окапываний, перестрелок и без неусыпного присмотра КГБ, я приобретал весьма одиозные, с точки зрения советской цензуры, книги, изданные в странах Балтии, типа воспоминаний Жильяра “О трагической судьбе русской императорской фамилии” (Ревель. 1921), или воспоминания В. Мамантова (Таллин 1926) “На государевой службе”, в одном переплете, кстати, со слезливым романом “Клавдия Партичелла, любовница кардинала” некоего Бенито Муссолини (Рига 1929) и пр. книги, как было принято выражаться, с антисоветским душком ... Такие вот либеральные особенности несгибаемого мира продиктованного и регламентированного. Якобы, конечно....
Ну и т.д.
На фото, кроме общих видов экспозиции, фото эстонских книг из моей библиотеки.
Духовно переваривая увиденное на выставке, можно сказать, что как-то даже обескураживает идеологическая беззубость минувшего тоталитаризма.
