Булыжник – это не только орудие пролетариата. Если отвлечься от мостовых, истоптанных революционной матросней, солдатней и примкнувшим рабоче-крестьянством и обратить внимание на другие, прогрессом не захватанные места, отколоть кусочек в подходящем, природной девственностью обласканном месте, и грамотно обработать, то камешек заиграет первозданной, от варварского взгляда потаенной красотой.
Наш кусочек чароита, выколотый, обрезанный и с двух сторон зашлифованный, играет тем самым фиолетовым, которого в нашей, живописью подкорректированной палитре, нет. В природе есть, а в палитре нет. Две других не зашлифованных грани говорят, во-первых, о том, что человек неискушенный, в естественных условиях, мимо пройдет, а во-вторых скромный трещиноватый, а все же выход чароита. Ну и т.д. в сторону прекрасного. Фиолетовые пряди огибающие островки прозрачного кварца. Люди знающие (искушаемые, а в чем-то уже искушенные) обходятся горными пейзажами, которые умещаются на полке перед письменным столом.
Опираясь на все вышесказанное и имея кое-что из вышеописанного можно не торопиться в горы. Соблюдая все удовольствия от прогресса, включая его порочные формы и воплощения можно не стесняясь. Не обязательно в горы тащиться за собственным героическим завершением от невесть откуда взявшегося камнепада, усугубленного лавиной или еще каким-нибудь стихийным капризом … Протянешь руку в правильном направлении, снимешь минерал понарядней, откинешься на спинку кресла, и вертишь его в руках прищуривая то один глаз, то второй, а то и все три сразу и любуешься слюдянистыми переливами амазонита.