Иногда человек столько всего насоздает за свою куцую, по срокам, жизнь, что диву даешься. Столько, что это с трудом влезает в пределы лаконичного описания.
Несколько дырок от древесных червячков, проживавших в переплете в далекие годы завершения XIX столетия, с судьбою, сравнимою с первыми читателями этого благословенного труда. В том смысле, что и те и другие растворились в безразличном тумане далекого прошлого. А книжка благополучно поучаствовала в аукционе и за отсутствием других претендентов без соревновательных возбуждений осела в моей библиотеке. Рядом с журналами “Гимназия”, в которых замечательный гуманист, просветитель, директор Александровской гимназии Янчевецкий впервые опубликовал перевод бессмертной винкельмановой работы. Наши экземпляры журнала переплетенные в добротные полукожаные переплеты с золотым тиснением на кожаных корешках хороши еще и тем, что квартировали в библиотеке Ревельской Александровской гимназии, директором которой был Янчевецкий. Приятные и ладные сближения и логически-исторические попадания...
Как говаривал преподаватель какой-нибудь латыни или еще чего-нибудь отшелушившегося от корпуса современности приглашая к разговору шалопаистого гимназиста: «Ну что вы, батенька, мне навинкельманите ...»
О позднейших изданиях Винкельмана хотелось бы упомянуть только потому, что они были хороши какой-нибудь неповторимой особенностью. Скажем, издание “Избранных произведений и писем Винкельмана в серии “Искусствоведение” издательства “ACADEMIA”, 1935 года, было украшено непревзойденными ксилографиями С. Пожарского ...
В издании 1933 года (ОГИЗ – Изогиз, Москва), вновь проредактированном и снабженном примечаниями проф. А. А. Сидоровым и С. И. Радцигом, на титуле наврали: перевод с издания 1763 г. С.Шаровой и Г. Янчевецкого (1890 г.). На самом деле перевод был сделан с Лейпцигского издания 1881 г. С. Шаровой под редакцией ... Г. Янчевецкого.
